Соумс встал и протянул руку.

— Ну, счастливо, Стефан. Только будьте осторожны. Обстановка в районе Омо сложная, среди племен гачига волнения, Если верить газетам, были случаи нападения на туристов.

— Пожелайте мне ни пуха ни пера.

Соумс пожелал. На английском эта поговорка звучала довольно забавно.

— Идите к черту!

— Что? — Соумс от неожиданности выронил карандаш.

— Так у нас, у русских, принято отвечать. Иначе не будет успеха в деле.

В приемной я поцеловал Люси руку.

— Храни вас бог, Стефан.

— С богом у меня долгосрочный контракт. Плюс страховка. А это вам.

И я положил перед Люси миниатюрную матрешку, в которой чудом помещались еще две поменьше.

— Благодарю, очень мило. Когда будет готов паспорт, билеты и сопроводительные письма — я позвоню. Хотя мне очень не хочется, чтобы вы уезжали.

Коридор был наполнен серебристым светом. Я подошел к окну: внизу влажно блестели крыши, капли дождя прочерчивали оконное стекло.

Телеграмма, подписанная министром национального здравоохранения республики, составлена квалифицированно. Правда, несколько категорично. Суть: в шестидесяти милях от города Омо, в резервации племени гачига, возникла эпидемия геморрагической лихорадки. Заболеванию людей предшествовала эпизоотия среди скота. По клинике — типичная лихорадка Рифт Валли. Типичная… Нужны серьезные основания, чтобы утверждать это. Сейчас с лихорадками сам черт ногу сломит. Геморрагические лихорадки — моя область, я занимаюсь ими без малого четверть века, еще с Сибири, и потому привык к сдержанным оценкам.

Мы связаны с республикой Ампала проектом борьбы с лихорадками. Работы ведутся несколько лет. К тому же момент удачный — наконец удалось получить вакцину. Испытания ее на волонтерах в клинике дали обнадеживающие результаты. Какой уж тут, к черту, отпуск?

Ситуация между тем в племени гачига складывается довольно острая. По предварительным данным, восемьдесят человек погибли, причем в основном дети. Не исключается угроза распространения эпидемии на соседние районы…